3205e474     

Скирюк Дмитрий - Руны Судьбы



sf_fantasy Дмитрий Скирюк Руны судьбы «Еретик. Руны судьбы» — третья книга из культового цикла Дмитрия Скирюка о травнике Жуге, герое, достойном стать плечом к плечу с легендарным Волкодавом Марии Семеновой.

Семь лет минуло с тех пор, как молодой валашский маг окончил свои странствия. Отныне он не воин, а только лекарь, — так решил сам Жуга. Но как укрыться от войны, которая следует за тобой по пятам?..
Беды и несчастья дождем сыплются на друзей травника, а тут еще и загадочная девушка по прозвищу Кукушка вносит смуту в его душу… Не дремлют и враги: инквизитор ордена доминиканцев убежден, что травник Лис — колдун и еретик, коего должно придать огню, и сделает все, чтобы Божья кара настигла нечестивца. Судьба уже бросила Руны — но можно ли смириться с приговором Рока?..
ru ru Roland roland@aldebaran.ru FB Tools 2006-08-22 http://www.oldmaglib.com Scan — Очень добрый Лёша, spellcheck — Павел Вавилин 650BEA51-16CF-4186-AEC6-9D7EA2F8E4A6 1.0 Еретик. Руны судьбы Азбука-классика Москва 2006 5-352-01766-4 Дмитрий Скирюк
Руны судьбы
Кукушка, кукушка, сколько мне жить?
Не важно, кто.НИКТО
Где тебя ветер носит,
Мокрая знает осень.
Имя никто не спросит,
Светится иней-проседь.
Д. РевякинМать Ялки умерла в дождливом сентябре, когда был убран урожай, и наступило время свадеб. Умерла внезапно, в одночасье — что-то сделалось в груди, она упала прямо на дворе с ведром воды и более не поднялась, лишь стонала и держалась за сердце.

Ялка плакала, пыталась звать на помощь, а потом, когда не дозвалась, сама тащила в меру своих слабых полудетских сил тяжёлое и неподатливое тело. Тащила в дом.
А за плетнём гулял народ, хмельной, весёлый — сразу три деревни породнились молодыми семьями. Гуляли третий день, срывая бабье лето, отмечая пьянкой тёплые деньки.

Бродячий музыкант с огромным барабаном, издали похожий на большую букву «Ю», остервенело, весело лупил свинячью кожу, подгоняя ритмом деревенских плясунов. Какие-то цветочки, ленточки мелькали тут и там.

Звенела музыка — волынки, дудки, скрипки… А Ялка плакала, сперва затаскивая мамку в дом, потом на улице пытаясь докричаться, объяснить. Народ не понимал.

Одни смеялись своему чему-то и на девку не глядели вовсе, другие отворачивались, уходили прочь, а третьи и четвертые уже лежали под забором и пускали пузыри. Из кабака вдруг вывалился Петер — маленький зубастый рыжий паренёк с соседней улицы: «Эй, что грустишь красавица?

Обидел кто, или плясать не позвали? Дай поцелую, всё пройдёт!» Она отбилась, убежала. И лишь когда наткнулась в толчее на тётку Каталину, сумела объяснить.
Когда селяне всей толпой ввалились в дом, мать Ялки уже не дышала.
На следующий день дождь зарядил опять, и лето кончилось.
Совсем.
Мать в этот день лежала на столе, холодная и не похожая на себя. Уже прибрали в доме, уже покойницу успели обрядить. Пришёл священник.

Ушёл. Пришёл опять, привёл других. Снимали мерку с тела, говорили что-то. Спрашивали Ялку.

Ялка не хотела понимать, не отвечала, забиваясь в угол маленьким зверьком, лишь две дорожки слез сбегали по щекам. Её не трогали, сперва пытались утешать, но после перестали. Часто бегали во двор.

Уже зачем-то мерили избу верёвочным аршином, изредка косясь на девочку в углу и спешно отводя глаза.
Потом был ход. Вчерашний музыкант уже не веселился, медленная музыка плыла в холодном воздухе, как липкая густая паутина. Чернели листья на деревьях, вниз с ветвей текла холодная вода.
Церковь.
Кладбище.
Зарытая могила.
Крест.
Вернулись поздно до накрытого стола. Заговорили р



Назад






Forekc.ru
Рефераты, дипломы, курсовые, выпускные и квалификационные работы, диссертации, учебники, учебные пособия, лекции, методические пособия и рекомендации, программы и курсы обучения, публикации из профильных изданий